Во всяком случае, тревога Желуга всегда передавалась и самому королю. Не было такого, чтобы хошинхо подвел его, не предупредив об опасности. Трудность состояла лишь в одном – правильно понять слепую тварь, чей ум был бесконечно далек от человеческого.

Желуг зевнул и расправил перепончатые крылья. На мгновение Гишаарну показалось, что перед ним вновь предстал один из великих древних хошинхо Ксантрии. Потом видение съежилось, поблекло и опять превратилось в хошинхо-недоноска. В еще одну тень давно утраченного величия...

В это же время замок начал перемещаться.

Короля ослепил калейдоскоп изменений, происходивших за овальным окном, он отвернулся с гримасой отвращения и позвонил в колокол. Потом откинулся на подушки и стал ждать слуг.

Шаарн сильно тряхнуло при одном из изменений ландшафта. «Когда-нибудь мы подойдем слишком близко к Старшему Хаосу и тогда нам уже ничего не поможет», – апатично подумал король. Эта мысль, посещавшая его неоднократно, стала привычной и он принял ее без всяких эмоций. В конце концов, подобное зыбкое существование заставило Гишаарна привыкнуть ко многому.

Потом он долго и с неудовольствием одевался, позволив слугам нацепить на его костюм огромное множество никчемных, с точки зрения короля, побрякушек, в том числе, сделанных самим Игамом, каждая из которых имела определенное значение или попросту ждала часа, чтобы проявить своим скрытые свойства.

Заодно он выслушал доклад о последних событиях, произошедших в замке, и узнал, что двое его людей исчезли, не успев вернуться в Шаарн к началу перемещений. Бесполезно было размышлять об их судьбе. Они затерялись в безднах Младшего Хаоса и с ними могло произойти все, что угодно. Гишаарн не удивился бы, если бы они вернулись в замок каплями ядовитого дождя. Король постарался побыстрее забыть о них.